Андрей Мельков: Украинский народ сегодня разделен в церковном вопросе, и такое разделение даже сильнее политических пристрастий

Что стоит за очередными попытками украинских властей добиться от Вселенского Патриарха канонической автокефалии? Как «слепые вожди» мешают преодолению раскола? Что такое католикофобия? Всегда ли автокефалия инициировались политической волей государства? Об этом и многом другом – в интервью с Президентом Института современных гуманитарных исследований, главным редактором Международного электронного научного журнала «Studia Humanitatis», доктором теологических наук, церковным историком Андреем Мельковым.

Андрей Сергеевич, что может стоять за заявлениями Президента Украины о начале создания автокефальной Православной Церкви, если предположить, что это не просто предвыборный PR? 

Это прямое следствие сегодняшней международной обстановки, конфликта России с Западом. Активизация решения украинского церковного вопроса может быть связана с прямыми указаниями из США и для Банковой, и для Фанара – инициировать атаки против Москвы на церковном направлении, поскольку Церковь сегодня (впрочем, как и всегда) очень активно вовлечена в политические процессы. Это – попытка надавить на Кремль с неожиданного направления, это удар по идеологии «русского мира», где место Киева как «матери городов русских» является едва ли ни ключевым. Основная задача здесь заключается в подрыве авторитета РПЦ в мировом Православии и внутри России, где Церковь выступает главным союзником действующей власти. Ослабление РПЦ неизбежно приведет к изменению политической конфигурации в России с выгодными для Запада последствиями. Таким образом, разыгрывая церковную карту, играя на исторических противоречиях Вселенского Патриархата с РПЦ, решается не столько проблема украинского Православия, сколько более глобальные задачи по ослаблению и дискредитации России. При этом проблемы и страдания верующих в этой игре менее всего волнуют главных игроков.

Способен ли Вселенский Патриарх самостоятельно решать эти вопросы? Это решение может иметь некую документальную форму? 

И да, и нет… Порошенко, заручившись поддержкой Рады и иерерархов неканонических Церквей, просит Патриарха Варфоломея предоставить автокефалию. Решение о предоставлении какой-либо Церкви статуса автокефальной (независимой) оформляется путем выдачи соответствующего Томоса (указа) кириархальной (материнской) Церковью той Церкви, которая желает получить независимость. Но проблема заключается в том, что неканонические Церкви на Украине – УПЦ КП и УАПЦ не имеют единства даже между собой и постоянно конфликтуют, отдельно стоит униатская УГКЦ, которая находится в административном подчинении Риму и также не собирается с кем-то еще объединяться. Поэтому совершено непонятно, кому именно, какой религиозной группе должен Вселенский Патриарх предоставить автокефалию, учитывая и то, что на Украине существует еще и каноническая УПЦ, которая находится в единстве с Московским Патриархатом, но имеет статус широкой автономии и обладает наибольшим числом приходов по сравнению с неканоническими Церквями. Насколько известно, руководство УПЦ не обращалось к Патриарху Варфоломею с просьбой предоставить автокефалию. Если предположить, что все же Патриарх Варфоломей дарует автокефалию, то кому именно? В итоге на Украине может получиться и две, и три, и даже четыре автокефальные Поместные Церкви! Но это же нонсенс! Поэтому в таком виде и при таком раскладе предоставление автокефалии в ответ на просьбу украинских властей со стороны Вселенского Патриарха маловероятно.

Какова роль соборов в вопросах автокефалии? 

Смотря каких соборов. Вселенские Соборы, которые проходили в византийский период и решения которых имеют обязательный характер даже для современной церковной жизни, не выработали четких правил предоставления автокефалии. В те времена не было национальных Церквей, а существовало пять Патриархатов с центрами, основанными самими апостолами – это Александрийская, Антиохийская, Иерусалимская, Римская Церкви и Константинопольский (Вселенский) Патриархат как Церковь столицы Византийской империи. Уже намного позже стали возникать национальные Поместные Церкви, и каждый раз процедура получения автокефалии, главным образом от Константинопольской Церкви, была индивидуальной. 

Некоторые Церкви, например Болгарская или Сербская, в разные периоды своей истории то получали автокефалию, то затем утрачивали ее, потом снова восстанавливали свою независимость. А Русская Церковь была непризнанной с 1448 по 1589 гг. и получила автокефалию от Константинопольского Патриархата лишь спустя почти 150 лет после фактического провозглашения независимости в управлении и избрания собственного Предстоятеля. 

В 20 веке автокефалии получали национальные Церкви, главным образом, отделяясь от РПЦ – Грузинская Православная Церковь, Польская Православная Церковь, Православная Церковь Чешских земель и Словакии, Американская Православная Церковь, и опять каждый раз все было индивидуально, принимались или решения Синода, или Архиерейского Собора, или выдавался Патриарший Томос. 

Что, по-Вашему мнению, мешало и мешает преодолению раскола в украинском Православии? 

Прежде всего, «слепые вожди», похожие на тех, которых обличал Христос  (Мф. 15:14). Амбиции иерархов неканонических Церквей и глухота части духовенства УПЦ (МП). Ведь гораздо проще и комфортнее до бесконечности обвинять друг друга в различных грехах, чем сесть за стол переговоров и обсудить взаимные обиды, попросить прощения и преодолеть болезненное разделение. Верующие люди, миряне, видят весь этот балаган и делают выводы. В наше время эта ругань, часто с использованием бранных и даже матерных слов из уст духовенства разных конфессий разворачивается в социальных сетях, и затем тысячи верующих могут видеть, могут прочесть, чем занимались их пастыри и архипастыри накануне богослужения или даже во время святой Литургии. Эти батюшки и владыки даже у святого престола не могут расстаться с телефоном и продолжают ругаться с оппонентом, а потом выходят на амвон с проповедью о всепрощении и любви к ближнему. Люди видят это лицемерие и фарисейство, разочаровываются в Церкви и нередко уходят к протестантам или вообще к каким-нибудь сектантам. 

В целом, к сожалению, украинский народ сегодня разделен в церковном вопросе, и такое разделение даже сильнее политических пристрастий, а чрезмерная политизация этой проблематики уводит верующих от основного вопроса – для чего вообще нужна автокефалия Украинской Церкви, будет ли она полезна в современных исторических условиях, какие блага принесет людям и Православию, что она даст конкретному верующему в деле его личного спасения и соблюдения евангельских заповедей? Ответ из уст православного духовенства разных юрисдикций не слышен совершенно. Они ругаются между собой, разжигают вражду между верующими, но не хотят действовать в интересах своей паствы и Церкви Христовой, ими руководят страсти, а не любовь и самопожертвование. Есть, конечно, исключения, есть примеры высокого служения Богу и людям, но их недостаточно, чтобы голос разума восторжествовал.

Можно ли говорить о том, что УПЦ, пребывающая в единстве с Московским Патриархатом (кстати, надо ли понимать, что в официальном документообороте "МП" уже не употребляется?), ни при каких условиях не станет принимать участие в проекте автокефалии? Насколько она вообще реально независима в этих вопросах? 

В официальном документообороте "МП" никогда и не употреблялось, правильное название согласно Уставу – Украинская Православная Церковь. Из-за того, что существует религиозная организация с названием «Украинская Православная Церковь Киевского Патриархата» и возникла неофициальная приставка "МП". Так вот, УПЦ никогда не отказывалась от идеи автокефалии в принципе, но исходит из позиции, что для этого нужно сначала преодолеть трагедию раскола и церковного разделения. Когда все неканонические группы вернутся под омофор УПЦ, тогда всей полнотой Церкви возможно будет рассматривать вопрос автокефалии. Но пока в этом направлении успехи очень призрачные. Так как УПЦ находится в единстве с Русской Православной Церковью, то для получения автокефалии нужно будет обращаться к кириархальной Церкви, то есть к РПЦ.

После встречи предстоятеля РПЦ с Папой Франциском на Кубе представлялось, что в русском, по крайней мере, Православии набирает силу течение против примирения с католиками. Исчезло ли оно и что это вообще такое? 

Католикофобия – явление, свойственное значительной части православных верующих в России. Кстати, на Украине среди православных разных юрисдикций также распространено, мягко сказать, критическое отношение к Католицизму. После исторической встречи Предстоятелей Церквей было множество откликов, как положительных, так и отрицательных, но какой-то особой антикатолической волны не наблюдается, тем более что встреча религиозных лидеров в аэропорту Гаваны, кроме помпезных деклараций не привела к чему-то серьезному и официальный диалог РКЦ и РПЦ явно буксует. Говорить о примирении православных с католиками тоже не приходится, поскольку и какого-то явного конфликта не наблюдается. Стороны живут типичными мифами относительно друг друга, а серьезный диалог с целью преодоления недопонимания на официальном уровне хоть и ведется в протокольном режиме, но к каким-то важным прорывам не приводит.

Насколько справедлив аргумент, что все славянские автокефальные Православные Церкви создавались или инициировались политической волей государственной власти? 

Прежде всего, почти всегда у славян провозглашение автокефалии было направлено на выход из орбиты греческого/эллинистического мира. Парад церковных автокефалий начался в 19 веке, когда на волне борьбы с османским игом зародился национализм на Балканах. Первыми националистами, кстати, стали сами греки. После образования Греческого королевства они сразу же порвали с Константинополем и провозгласили Элладскую Православную Церковь, которую возглавил король. В Константинополе в ответ наложили схизму (отлучение), которая продлилась целых 17 лет. 

Позже, с освобождением славянских народов от власти турок, на волне патриотизма и национализма возникли национальные славянские Церкви  – Сербская и Болгарская (восстановив утраченный в Средневековье статус автокефалий), которые очень быстро попали в зависимость от светской власти.  И если Сербская Церковь была признана Константинополем практически без проблем, то в отношении Болгарской Церкви возникла схизма, которая была преодолена лишь в 1945 году. 

Что касается Польши и Чехословакии, то автокефалия Православным Церквям этих стран, где православные составляют явное меньшинство населения, была дарована уже после Второй мировой войны не без вмешательства коммунистических властей, которые использовали внутрицерковные проблемы в политических целях.

Насколько уверенной, по Вашей оценке, была или продолжается интеграция РПЦ и РПЦЗ? 

После подписания в 2007 году Акта о каноническом общении между РПЦ и Русской Православной Церковью Заграницей полностью уврачевать раскол не удалось, потому, что сразу возник новый. Часть приходов, отвергших Акт с Московской Патриархией, перешли в неканонические юрисдикции – к старостильным грекам «Синод противостоящих», в «Русскую Истинно-Православную Церковь» либо в РПЦЗ под омофором митрополита Виталия Устинова. Другая часть несогласных приходов, созвала собрание своих представителей, на котором создала «Временное Высшее Церковное Управление РПЦЗ» во главе с епископом Агафангелом Пашковским. 

Таким образом, полного объединения РПЦ и РПЦЗ не произошло, по причине внутреннего раскола в последней. Однако РПЦЗ, находящаяся ныне в общении с РПЦ, насчитывает 9 епархий с центром в Нью-Йорке и является самоуправляемой частью Поместной Русской Православной Церкви.  

По Вашему мнению, не ждет ли РПЦ перспектива превращения в этнически русскую Церковь и что это может быть такое? Спасибо.

Не ждет, скорее наоборот. Московская Патриархия всегда декларировала, что РПЦ является Церковью всех, а не только русских по национальности, православных людей, проживающих на просторах бывшего СССР и в диаспоре. Именно через это подпитывается и концепция «исторической Руси», о которой так любит говорить Патриарх Кирилл, и идеологема «русского мира», ставшая в последние годы важнейшим инструментом российской внешней политики. Поэтому говорить о каком-то сужении РПЦ в сторону моноэтнической Церкви не приходится. 

А вот в проекте автокефалии украинского Православия изначально заложен именно этнический компонент создания Церкви украинского народа со своим национальным языком в богослужении, национальными религиозными традициями, соответствующей храмовой архитектурой и своеобразным стилем проповеди. И здесь очень важно удержаться от сужения православного кругозора, потому что возникает серьезная опасность заслонить и подменить вселенское церковно-историческое предание преданием местным и национальным, замкнуться в случайных пределах своей поместной национальной памяти. В свое время дореволюционный философ Владимир Соловьев удачно назвал это явление  «протестантизмом местного предания». 

Дай Бог Православию на Украине выдержать все суровые испытания, преодолеть все расколы и нестроения. История свидетельствует, что достигнуть церковного единства возможно только путем диалога, примирения и взаимного прощения.

Информационная служба ИСГИ